Есть люди, которые, уходя, оставляют после себя удивительный свет, согревающий тех, кто остался, еще долгие годы. Вот таким человеком был журналист, наш земляк — Михаил Федорович Вольфсон.
Родился Михаил Федорович Вольфсон в Белоруссии в небольшом городке Паричи, недалеко от Бобруйска в 1920 году. В семье было пятеро детей. Отец работал кузнецом, а потом по состоянию здоровья переквалифицировался в портные. Жизнь тогда была трудной, а семья большая — семь человек, поэтому Михаил с детских лет познал, как достается кусок хлеба. В 1939 году был призван в армию. Начало войны встретил в Нахичевани, где служил в 76-й горно-стрелковой дивизии. Был командиром минометного расчета.
Михаил Федорович вспоминал об этом времени примерно так: «Меня контузило за три дня до разгрома нашего 137-го полка. Погиб командир полка, подполковник Кошелев, чудом остался в живых командир дивизии Горюнов. Осталось в живых от полка всего двенадцать человек, в том числе и я». Контузию Михаил Федорович получил от выстрела фашистского снайпера. Перед потерей сознания заметил лишь, как блеснул оптический прицел винтовки. Долго скитался по госпиталям. Был близок к смерти. В Тбилисском госпитале, в палате тяжелораненых почувствовал, что умирает. Из последних сил он добрался до окна палаты. На улице шла обычная городская жизнь: зеленели деревья, прыгали воробьи на тротуарах, звякали на поворотах трамваи. Очень захотелось жить, и молодой организм преодолел болезнь. Михаил Федорович смог вернуться к полноценной жизни.
После госпиталя он служил некоторое время в Иране, в Тебризе, а затем стал командиром противотанкового орудия 1595-го полка 15-го кавалерийского корпуса. Был впоследствии комсоргом, а затем парторгом. День Победы встретил в Гори, на родине Сталина. Первые рассказы Михаила Вольфсона были опубликованы в Закавказской фронтовой газете, а стихи — в газете «Красный кавалерист». Очень трогательно звучат его поэтические строки о боевом друге в «Балладе о коне» в рубрике «Беречь и холить боевого друга». Служа в 1946 году, после войны, в Закавказском военном округе, повстречал свою судьбу — Александру Кузьминичну Григорьеву из Керчи. Она была в звании старшей медсестры и служила в тех же частях, что и Михаил Федорович, в медсанбате. Оба они были любителями пения, занимались в хоровом кружке. Там и познакомились, а вскоре и поженились.
После демобилизации отправились в Крым, на родину Александры Кузьминичны. Сам Михаил Федорович родом из Белоруссии, но его семью, всех родственников расстреляли, и возвращаться в родные места ему было не к кому.
Сразу после демобилизации Михаил Федорович пришел работать в газету. Окончил Саратовскую партшколу и Крымский пединститут. Ленинской районной газете он отдал 50 лет жизни. Его перо затрагивало самые болевые вопросы жизни района. Многообразие тем, которых он касался, просто потрясает. Тут и очерки о наших земляках, сражавшихся на фронтах войны и в подполье. Лида Шевченко, Галина Перемещенко, Алиме Абденаннова, Евгений Прокурат, Петр Суров проходят перед нами как живые, и читать эти очерки захватывающе интересно.
Писал М.Ф. Вольфсон и о современниках: трактористах, доярках, шоферах, строителях. Он был летописцем нашего района. Человек потрясающей эрудиции и светлого ума, Михаил Федорович, как никто другой, досконально знал историю нашего района и старался донести свои знания людям.
Любовь Михаила Федоровича к родному краю, к нашей общей «малой родине» была безмерной. Нашу землю он непрестанно воспевал в многочисленных рассказах и поэтических этюдах, появляющихся на страницах районной газеты. Но он был не только вдохновенным «певцом ковыльного края», но и рачительным хозяином, который болел за наш район. Его призывы использовать природные богатства разумно и бережно, актуальны и сейчас. В декабре 1999 года в Симферополе проходил Республиканский творческий конкурс среди журналистов «Серебряное перо». В одной из самых престижных номинаций «Раскрытие экономических и природных возможностей региона с целью привлечения инвестиций» диплом вручили газете «Наше время». Материалы на эту тему писал М.Ф. Вольфсон. Ему подарили знак отличия «Серебряное перо» и дорогостоящий диктофон. Наша газета была единственной в Крыму районкой, ставшей лауреатом этого конкурса.
В районной библиотеке бережно хранятся книги М.Ф. Вольфсона с его автографами. Это, прежде всего, небольшой сборничек документальных рассказов «Люди одного района», вышедший в Симферополе в 1962 году. Здесь Михаил Федорович рассказывает о своих земляках, об их отношении к работе, к общему делу. Брошюра «Ленинский район», которую он издал в начале 90-х годов, до сих пор является справочным пособием для всех, кто интересуется историей нашего района. «Смысл жизни» — это своеобразная сага о людях нашего района: Н.И. Парельском, очерк «Он любил нас», о большевике Григории Лихачеве, о гарибальдийце Эшрефе и многих, многих других людях — трудной, но интересной судьбы.
Подлинной поэмой в прозе является книга Михаила Федоровича «В поисках бессмертника». Здесь и художественные зарисовки, и занимательные рассказы, и чудесные легенды. Воистину — это подлинная шкатулка с драгоценностями для любого краеведа.
Рассказы, очерки М.Ф. Вольфсона так же помещены в сборниках: «Память сердца», «Сквозь сердца бессмертие проходит», «И память не умолкнет в ритме лет», «Славянские колокола», «Весна светлых надежд» и других книгах. Действительно, жизнь Михаила Федоровича превратилась в «… строчки и другие долгие дела».
МАМА-РУССКАЯ
Чокракское озеро, зажатое между каменистыми холмами, протянулось на несколько километров вглубь керченской степи. Узкая полоска зернистого песка, покрытая солеросом, пыреем, дикой рожью, отделяет озеро от берега Азовского моря. Слева поднялся скалистый мыс Зюк. От его подножья разбегаются белые хаты рыбаков в зеленом убранстве акаций и кустов винограда.
О грязях Чокракского озера, его целебных свойствах сложены легенды. Одна из них повествует о горном племени, в котором по приговору старейшин всех хилых и слабых мальчиков сбрасывали с высокого обрыва в море.
Однажды суровый суд распорядился столкнуть в пучину хромого мальчугана. По счастливой случайности он не погиб — упал на гребень штормовой волны, которая подарила ему спасение в виде лодки. Шесть дней и ночей несло лодку по бушующему морю, а на седьмой выбросило на песчаный берег вблизи одинокой хибарки.
Женщина с голубыми глазами и русой косой подобрала мальчишку у своего порога. Она ужаснулась его худобе, покалеченным ногам. Внесла в домик, уложила на полынные веники. Затем отправилась с небольшим ведерком к озеру. Она лечила найденыша черной жирной грязью, поила водой из целебных источников.
Постепенно мальчик стал поправляться. Куда и девалась хромота! Он легко бегал, метал копье. Научился ловить рыбу, пасти овец, пахать землю, охотиться, ездить на горячем скакуне.
Шли годы. Состарилась и поседела голубоглазая женщина, а ее приемный сын превратился в рослого, сильного мужчину. Однажды она подвела ему коня и сказала:
— Теперь твой путь в родные края. И он не посмел ослушаться...
Старейшины племени не узнали прежнего хромого мальчишку: перед ними стоял богатырь. Прибежала с плачем его мать, припала к ногам:
— Кто исцелил тебя, сынок? Кто превратил в такого сильного и красивого воина?
— Меня спасла и вылечила мама русская, — последовал ответ.
С тех пор рыбацкое селение, раскинувшееся у подножия мыса Зюк, долго называли Мама-Русская. А потом переименовали в Курортное. Окрестности здесь изобилуют целебными минеральными источниками, непревзойденной лечебной грязью. Не случайно профессор Альбов, исследовавший источники и грязи, назвал эти места более благодатными, чем «Саки и Мацеста, вместе взятые».
Михаил ВОЛЬФСОН
Раиса Наумова: «Судьба подарила мне немало встреч с этим чудесным человеком. Об одной из них мне хотелось бы рассказать».
ДИКАЯ МАЛЬВА
Была середина ноября, уже чувствовался холод. И небо все чаще и чаще хмурилось, неся дождь и слякоть. В этот же день солнце улыбнулось прощальной улыбкой, осветив все вокруг, но не рассеяв осеннюю дымку, парящую над гладью Азовского моря.
Мне нужно было по делам в пансионат «Крымское Приазовье», и, доехав до Щелкино, я шла пешком. Вдруг остановилась легковая машина, и мне приветственно замахали ее пассажиры. Это были Михаил Федорович и мои друзья — чета Кошелевых, Оля и Володя. Оказывается, они решили посетить мыс Казантип и пригласили меня в поездку. Быстро закончив дела в пансионате, я присоединилась к ним.
Бывают моменты в жизни, когда воспринимаешь мир острее и четче, чем обычно. Вот это и произошло со мной в тот день. Сначала мы поехали в село Мысовое. Именно здесь, в маленьком домике, жил человек, который стал героем одного из очерков Михаила Федоровича. Вольфсон поднялся наверх, а мы с Олей и Володей остались внизу, у моря.
На берегу бухточки лежал заброшенный рыбацкий сейнер. Все его проржавевшее основание было покрыто мельчайшими белесыми ракушками и напоминало лицо неопрятного старика с трехдневной щетиной на щеках.
Море, несмотря на солнечный день, было серым и неприветливым. Чайки, резко крича, безуспешно ловили рыбу. Наконец, одной из них удалось поймать рыбешку, и она взмыла в небо. Ее менее удачливые товарки начали выходить на берег.
В воде было холодно, и от этого чайки смешно напыживались, распушив перья и втянув голову, и только потом ступали на песок. Вдруг среди чаек началась ссора. Крупная важная птица отогнала от себя чайку поменьше. Присмотревшись к обиженной чайке, я заметила, что у нее только одна нога. Мне стало жаль её. Но тут чайка взмахнула крыльями и полетела. Ущербность птицы, столь явно видная на берегу, исчезла в полете.
Чайка вдохновенно летела в вышине. Осенняя дымка, стоящая над морем, обволакивала птицу и придавала какую-то нежную сказочность ее полету. «Вот так бывает и с людьми, — подумала я, — надо подняться над повседневностью и суетой, чтобы обрести крылья души».
Тут вернулся Михаил Федорович, и мы продолжили наше путешествие, проехав до Татарской бухты. Это было одно из любимых мест Вольфсона. Здесь журналист часто бывал, да и написал он об этой бухте немало прекрасных строк.
Отсюда мы поднялись вверх, на скалы. Побуревшая трава и голые коричневые камни, вот и весь расстилающийся перед нами пейзаж. «Только-то и всего», — подумалось мне, и неприятный холодок разочарования проник ко мне в сердце.
Почувствовав это, Михаил Федорович взял меня за руку и произнес: «Смотри, Рая, — дикая мальва».
Я взглянула на цветок, который подобно желтому солнышку сиял среди камней, и мир неожиданно засверкал, залучился необыкновенными красками. В этом был весь Вольфсон. Он удивительно подмечал в самых обыденных вещах — чудо. Его мудрое понимание мира природы во всей его сложности и простоте проявилось и в этот раз. Михаил Федорович смог поделиться со мной свежим взглядом на мир и передать мне свою радость от общения с природой.
И теперь, по прошествии многих лет, образ дикой мальвы согревает мне сердце и смягчает боль от утраты дорогого мне человека.
Раиса НАУМОВА
Нина ПЛАКСИНА:
"Михаилу Фёдоровичу Вольфсону,
журналисту, писателю, редактору..."
Я много лет знала Михаила Фёдоровича, немало рассказов о людях услышала из его уст. Однажды мне удалось записать нашу беседу. Рассказ о себе он начал с 1939 года, когда он учился в Минском физкультурном институте на первом курсе. Оттуда его призвали в армию. Служил Вольфсон в Приволжском военном округе, в городке Паричи, на знаменитой реке Березине. Рядом с ним были и соученики из второй Белорусской школы. Объединили их в отряд лыжников для участия в Финской войне. По окончании подготовки отряд отправили в Финляндию, но 10 марта 1940 года война прекратилась.
«Нас в спешном порядке, – продолжает Михаил Фёдорович, – перебросили до Астрахани, оттуда – в Баку, а далее – до Нахичевани и уже пешком. Из тридцатиградусных морозов – в тридцатиградусную жару. Такой перепад температур, а в составе полка солдаты из Белоруссии и сибиряки. Служил в Нахичевани в 137-ом горно-стрелковом полку 76-ой горно-стрелковой дивизии. Был командиром миномётного 82-миллиметрового расчёта. Именно там узнали о начале Великой Отечественной войны. В августе 1942 года выбыли на фронт. Сначала должны были защищать Киев, но потом нас повернули на Новочеркасск у Ростова-на-Дону. Там пришлось принять первые, очень жестокие бои, потом уже и не помню таких. У нас была кадровая часть, которую в горах Зангизура пополнили молоканами, азербайджанцами. Полк увеличился в два с половиной раза. Это сказалось на его боеспособности. Хотя кадровики, сержанты и солдаты, были закалены, но вооружение во многом уступало фашистскому. Продолжались тяжёлые бои с отступлением в сторону Ростова, а затем – до Сталинграда. Тяжело вспоминать…
Позже, в 1948 году, встретил работника Симферопольского военкомата. Он узнал меня. Я тогда редактировал Черноморскую газету. Он со слезами на глазах рассказал, что случилось с нашей дивизией и нашим полком. Остались в живых всего двенадцать человек, в том числе и я. Меня контузило за три дня до разгрома нашего 137-го полка. Погиб командир полка, подполковник Кошелев, чудом остался в живых командир дивизии Горюнов. Впоследствии генерал-майор Горюнов вырос до генерала армии, командовал воздушными войсками, хотя начинал войну в пехотных войсках. Это известный военачальник. Я лежал в госпитале с тяжелоранеными, это фактически была камера смертников в Тбилиси. После госпиталя, это было в начале 1942 года, нас собрали в специальную команду. Я был тогда командиром миномётного расчёта, но нам не говорили, куда нас направляют, куда мы едем. А отправили нас в Иран, в Тебриз. Затем меня назначили командиром противотанкового орудия 1595-го полка 15-го кавалерийского корпуса. Это был Закавказский фронт, и мы думали, что просидим там недолго. Но жизнь распорядилась по-другому. Я стал командиром противотанкового орудия в 1595-ом артиллерийском полку, а затем комсомольцы полка избрали меня комсоргом в чине старшего сержанта, хотя это была офицерская должность. Потом меня переправили в первую кавдивизию, в артминполк, тоже в качестве комсорга полка. Я рвался на Западный фронт. Просьба была удовлетворена. Меня переправили в Гори, в Запасной пехотный полк. Это на родине Сталина. Мне довелось увидеть маленькую хижину сапожника под стеклянным колпаком на мраморных стенах. Там меня назначили парторгом батальона, и долго не отпускали. Это офицерская должность. Присвоили звание старшины. В Гори я и встретил день Победы. Это были слёзы, радость, ликование. После часть расформировали и меня направили в качестве парторга в дорожно-строительный батальон. А потом я был просто старшиной. Демобилизовался и женился. На Кавказе встретился с керчаночкой, Александрой Кузьминичной, медсестрой. Она была переправлена с санпоезда в медсанбат. Два года работала в санитарном поезде, за эти два года побывала на всех фронтах и почти во всех эвакогоспиталях. Увозили, спасали раненых под бомбёжками, лечили в госпиталях. Александра Кузьминична – первая и единственная на всю жизнь жена. Более пятидесяти лет живём вместе».
Далее Михаил Федорович сообщил, что первые его рассказы были опубликованы в Закавказской фронтовой газете, а стихи – в газете «Красный кавалерист». В этих небольших произведениях мы ощущаем и поэтическую неопытность, и дыхание военного времени.
М.Вольфсон, стихи 1942 – 1943г.г.
К товарищу
Товарищ! – Огонь пожирает невинные жизни,
И пламя бушует на нашей земле.
За честь и свободу родимой отчизны
Стоишь ты насмерть с винтовкой в руке.
Я знаю: война тебе не игрушка,
Хоть телом ты русский и русской душой,
Но враг не разбит ещё, немец из пушки
Метает снаряды на дом твой родной.
Товарищ! Мы много с тобой пережили
Фашистом рождённого горя войны.
Наша воля и сила врага надломили,
И день недалёк для счастья страны…
Солнце нам светит, весна наступила,
Весна наступила и хочется жить…
И пусть это чувство крепит наши силы:
Врагу на земле нашей скоро не быть…
Солнце сияет нам, день такой милый…
Знай же, товарищ! Мы должны победить!
Баллада о коне
Мы ехали молча, мы мчались в горах
Я и товарищ на быстрых конях.
Бывало, под утро слезаем с коней
Товарищ укрыться спешит поскорей.
А конь его резвый копытами бьёт –
Корма он просит, хозяина ждёт.
Но парень не слышит – он спит уж давно,
А конь продолжает всё бить копытом.
Случилось однажды на спуске крутом
Скользнул и свалился товарищ с конём.
И тут я заметил, что лошадь дружка
Грязью облипла, бессильна, худа.
Но путь лежит дальше. – Приказ нам отдан –
Пришпорил коней и за мной поскакал.
Но враг не дремал, он шквальный огонь
Открыл по обоим, и стал его конь.
Он дышит так часто и смотрит в глаза,
Губой шевелит – мол, нет силы, друзья.
Тут мина со свистом рванулась и вдруг…
Конь грохнул на землю. Упал и мой друг.
Он смертно был ранен, кровь лилась из ран.
Хотел приподняться, но лишь застонал.
И тихую речь я сквозь стон услыхал,
Что глупо погиб я, виновен я сам…
Московский залп
Слышишь, друг, над Москвою взлетают
Грохот залпов больших батарей –
Это Родина Армию славит,
Песнь победы слагает о ней.
Взят Орёл в битве жаркой,
В Таганроге зажглись огни.
Полыхает раненый Харьков,
В Ельню, в Глухов вступили полки.
Будьте горды, герои свободы.
Слава вечная павшим в борьбе!
Не сотрут имена ваши годы
В нашей светлой, могучей стране.
«Раз я выжил, я считал своим долгом писать, – твёрдо проговорил собеседник. У нас была довольно большая семья, семь человек. Мы жили в небольшом городке возле Бобруйска, назывался этот городок Паричи. Отец был кузнецом, а с ухудшением здоровья стал портным в портняжной артели. Война застала семью врасплох. Это же Белоруссия и это Паричи на Березине. Они не успели уйти, не эвакуировались. Старшая сестра накануне закончила Минский, медицинский институт и, в первые же дни войны, погибла под Бобруйском. На два года младший брат Григорий был призван в армию в 1940 году, служил в Ковеле. Погиб. Я всю жизнь ищу его могилу, хочу узнать, где же он погиб. Куда только ни обращался, куда только ни писал. Не могу найти могилу своего брата. Вот пример из тех, кто без вести пропал. Младшую сестрёнку Броню и младшего брата Ёню и моих родителей расстреляли в начале 1942 года. Я посетил братскую могилу. Там расстреляны не только евреи из окружающих деревень, но и белорусские партизаны, и пленные патриоты. Из семи человек нашей семьи я остался один в живых. Живу за них. Раз я уж очутился на этой земле, то я должен написать о людях, которые живут на ней. Это прекрасные люди. Вот и появились книги».
Рассказы М.Ф.Вольфсона интересны достоверностью исторических фактов, сведениями из жизни его героев. Книги Михаила Федоровича: «Люди одного района», «В поисках бессмертника», «Смысл жизни» – знакомят с тружениками Ленинского района, его удивительной природой, поднимают вопросы нравственности. Рассказы «Штурмовавший Берлин», «Подвиг Чернявского», «Дочь рыбака» – убедительные помощники в воспитании детей, так они повествуют о наших земляках, защищавших Родину от фашистов.
Михаил Федорович подготовил к изданию очерки и рассказы разных лет, начиная с 1950-го года: «По ту сторону», «Времена не выбирают» и второе дополненное издание о людях Ленинского района.
Почти полвека отдано Вольфсоном работе в районной газете "Наше время" (первое название "Ленинский путь"). Журналист прекрасно знал достижения народного хозяйства, жил его заботами и радостями. И люди, читатели газеты, знали и любили Михаила Федоровича, высоко ценили за глубокое понимание жизни и умение не только дать полезный совет, но и оказать действенную помощь.
М. Ф. Вольфсона нет с нами. В последний путь провожали его всем районом, можно сказать всей областью. Ведь он известен в литературных кругах и как автор многих статей энциклопедии «История городов и сёл Украины. Крымская область», том № 26. Названной энциклопедией и книгами Михаила Фёдоровича читатели интересуются и в настоящее время.
Всей жизни смысл — в трудах твоих,
А в нашей памяти — твое бессмертие
М. Ф. Вольфсону — ветерану войны, журналисту, другу
Проходят годы, как с нами нет
Тебя, певец добра, родного края…
Чтоб мудрый получить ответ,
Мы шли, совета и ума пытая,
Всегда к тебе, наш журналист...
А ты, окинув нас пытливым взглядом,
Навстречу шел, оставив лист,
Приветствовал и оставался рядом,
Беседы ход не прерывал.
И наша боль уже терзает сердце
Твоё… Никто не сознавал,
Как тема ранит, рвет бурлящим скерцо...
Виски буравят сотни жал:
Ты сам призвал себя в защиту людям.
Прощаясь, крепко руку жал...
Как помним мы… как помним… помнить будем,
Как каждый год все выше лоб
Тянулся в отступившие седины.
И вот… безжалостный галоп
Прервался: жизни бег затерли льдины.
Твое лицо… в последний раз...
Потом лишь профиль… Это неизбежно.
Но рядом — море добрых глаз...
Друзья, родные… и печаль… и нежность.
А сколько стоило трудов
Дарить земле лишь радостные платья...
Певца земли… и приняла в объятья,
И скрыла под холмом цветов
Земля...
Нет. Ты не превратишься в прах:
Твой дом теперь — сердца, библиотеки.
Они на бережных руках
Несут твой труд, чтоб сохранить навеки...
Печальный марш вздохнул, затих,
И полетело ввысь и в многолетья:
Всей жизни смысл — в трудах твоих,
А в нашей памяти — твоё бессмертие.
Нина ПЛАКСИНА.
Библиографический список литературных произведений
Михаила Федоровича Вольфсона
1. Вольфсон М.Ф. Великая Отечественная война: [история нашего района] /М.Ф. Вольфсон //И память не умолкнет в ритме лет /сост. Н.В. Плаксина. – Симферополь: Таврия, 2005. – С.4-6.
2. Вольфсон М.Ф. Воздушный таран над Казантипом /М.Ф. Вольфсон //Сквозь сердца бессмертие проходит /сост. Н.В. Плаксина. – Симферополь: Дар, 2000. – С.97-101.
3. Вольфсон М.Ф. В поисках бессмертника /М.Ф. Вольфсон. – Симферополь, 1992. – 90 с.
4. Вольфсон М.Ф. Дочь рыбака: [о подпольщице Лидии Шведченко] /М.Ф. Вольфсон //Память сердца /сост. Н.А. Рак. – Симферополь, 1995. – С.67-74.
5. Вольфсон М.Ф. Ленинский район /М.Ф. Вольфсон, 1991. – 40 с.
6. Вольфсон М.Ф. Люди одного района: очерки /М.Ф. Вольфсон. – Симферополь: Крымиздат, 1962. – 53 с.
7. Вольфсон М.Ф. Подвиг Чернявского /М.Ф. Вольфсон //Память сердца /сост. Н.А. Рак. – Симферополь, 1995. – С.63-67.
8. Вольфсон М.Ф. Сказочный мир Казантипа /М.Ф. Вольфсон //Казантип Чарующий /сост. Н.В. Плаксина. – Симферополь: Дар, 1999. – С.3-4.
9. Вольфсон М.Ф. Смысл жизни /М.Ф. Вольфсон. – Симферополь, 1993. – 112 с.
10. Вольфсон М.Ф. Сражались, как могли: [о подпольщице Галине Перемещенко] /М.Ф. Вольфсон //Весна светлых надежд /сост. Н.В. Плаксина. – Симферополь: Доля,
2010. – С.5-11.
11. Вольфсон М.Ф. Стихи 1942 – 1943 г.г. /М.Ф. Вольфсон //Весна светлых надежд /сост. Н.В. Плаксина. – Симферополь: Доля, 2010. – С. 27-29.
12. Вольфсон М.Ф. Штурмовавший Берлин: [о подвиге лейтенанта П.П. Сурова] /М.Ф. Вольфсон //Память сердца /сост. Н.А. Рак. – Симферополь, 1995. – С.58-63.
Источники: proza.ru; uchebilka.ru
